Ильинка. С любовью к родному краю

2 ноября 2018 - Администратор
article3501.jpg

Андрей Айзиман – интересный собеседник, он со школьной скамьи занимается изучением истории своей малой родины. Андрей увлеченно рассказывает об истории и археологии здешних мест. Его фамилия тесно связана с историей села Шалоболино. Семен Айзиман, прадед Андрея, в конце 19 века реставрировал фрески и иконостас Шалоболинского Свято-Троицкого храма.

 

- Наша семья жила не только в Шалоболино, - рассказывает Андрей, - я родился в Балахтинском районе. Мама была преподавателем начальных классов, когда мы вернулись в Шалоболино, ей предложили место в Ильинской школе. Позже мама стала заведующей начальной школой в Ильинке.


Андрей стал увлекаться краеведением с пятого класса. Дала первый толчок в этом направлении Валентина Федоровна Семочкина, которая заведовала научно-краеведческим объединением "Моя малая родина" в Шалоболино. До сих пор Андрей с теплотой вспоминает Валентину Федоровну.

 

- Мы ходили по домам, опрашивали ветеранов Великой Отечественной войны, известных людей. Я очень благодарен Валентине Федоровне. С ней я приобрел первый опыт в получении, накоплении и систематизации данных, добился некоторых успехов. Для себя понял, что это можно делать, это достижимо. Потом были другие люди и другие учителя, а первый опыт связан именно с Валентиной Федоровной.

 

Дальше Андрей уже самостоятельно много лет собирал краеведческую информацию, воспоминания участников 1-й мировой войны, которые проживали в Шалоболино, молсовхозе.

 

- Я немного горжусь тем, что застал этих людей в живых, общался с ними, - рассказывает Андрей. - С ними разговаривал, находил точки соприкосновения. Они вспоминали то тяжелое время неохотно. Бывало, приходилось делать несколько заходов, пока человек начнет разговаривать - это доставалось трудно. Потому что люди с войны империалистической оказались на войне гражданской, они испытали огромный стресс. Многие пережили смерти малолетних детей, голод, болезни. Все мои материалы собирались в виде конспектов и записок, тогда еще цифровой носитель не был так распространен. В 2001-м году во время паводка весь архив был уничтожен водой. С тех пор ничего не собираю, опустились руки. Какие-то вещи в моем архиве остаются, особо яркие, но не в том объеме, как было раньше.

 

В 1989 году Андрей Айзиман, еще будучи школьником, познакомился с археологом Александром Леонидовичем Заика, человеком, который много лет посвятил изучению и сохранению достопримечательного места - Шалаболинской писаницы.

 

- Это была его первая экспедиция на Шалаболинскую писаницу, - вспоминает Андрей. - Мы случайно встретились в деревне, он попросил указать дорогу. Так завязалось наше знакомство, общение продолжается практически тридцать лет. Дальше мое увлечение только росло.


С 15 лет Андрей стал участвовать в различных археологических экспедициях. Принимал участие в раскопках на палеолитической стоянке «Куртак» (Новоселовский район).

 

- Одно время там был детский отряд, - рассказывает Андрей, - съезжались школьники со всего края. Это уникальное место, где представлена вся геология на протяжении нескольких миллионов лет, слои не смешаны. Там и до сих пор работают археологи. Александр Заика подсказывал мне, куда можно поехать и в каких раскопках поучаствовать. Я попрошу своих родственников, они меня туда довезут, там покажу документы, меня поставят на довольствие, покажут место в палатке, обозначат фронт работ. Копали на территориях, которые шли под затопление, или на месте будущего строительства больших объектов в Красноярском крае и республике Хакасия. Это был такой мой досуг.

 

С возрастом интерес к истории и археологии не прошел. Андрей и сейчас тесно общается с сотрудниками музея им. Мартьянова в Минусинске, в частности с заместителем директора Тимофеем Ключниковым, с археологами из разных институтов, которые работали на Шалаболинской писанице. Любовью к истории и археологии Андрей заразил своих сыновей.

 

- Младший вообще в экспедициях вырос, - признается он, - каждое лето я брал сына с собой. Мы живем локализованно, а ребенку надо общаться с другими людьми. Показывать, что существует не только этот маленький коллективчик, к которому он привык, есть другие люди. Здесь другая манера общения, другой набор слов. Сейчас младший сын оканчивает 11 класс, пока хочет быть ветврачем, любит всякую живность, ему ближе крестьянский труд. Старший сын тоже с детства интересовался археологией, некоторое время хотел быть преподавателем истории и обществознания. После школы поступил в военное училище в Благовещенске, решил, что в гражданской жизни он себя не найдет.

 

Как это ни странно, но сам Андрей не связал свою профессиональную деятельность с изучением древности.

 

- После службы в армии я получил специальность «экономист», - рассказывает Андрей, - поступать на исторический факультет не стал, не знаю почему. Потом понял, что по своей специальности работать не могу - мне неинтересно. Сейчас вместе со своей семьей живу в Ильинке, занимаюсь сельским хозяйством. Уезжать не планирую, надеюсь на лучшее. Сейчас в нашей деревне только один человек работает вахтовым методом, остальные живут приусадебным хозяйством. Я горжусь своими односельчанами, меня радует то, что люди находят силы обеспечить себя, занимаются разведением крупного рогатого скота, сдают мясо, молоко. Это очень хлопотно, но заработок стабильный. Жаль, что на таких людей внимания обращают мало. Ведь на самом деле они решают проблему сохранения деревень. Считаю, что это очень важный момент.


Деревня Ильинка находится в непосредственной близости от Шалаболинской писаницы. На мой вопрос, какие плюсы и минусы он видит в развитии писаницы как достопримечательного места, Андрей ответил так:

 

- Если Шалаболинская писаница получит известность, минусы я вижу в том, что нарушится некий патриархальный уют, который сейчас царит в деревне. Когда мимо твоего дома проезжает в две стороны десять и более машин, для местных жителей – это дискомфорт. Люди приезжают отдыхать, но т.к. организованных мест отдыха нет, они не всегда пристойно себя ведут. Естественно, писаница подвергается антропогенному воздействию. С радостью могу отметить, что в последние 10 лет люди не ведут себя так вопиюще, как раньше, когда приходилось приезжать и убирать за ними мусор. К сожалению, до сих пор находятся желающие оставить свои автографы на древних рисунках. Считаю, что должно быть не формальное участие государства, а именно живое. Чтобы здесь были люди, которые объясняли бы, что можно здесь делать, а что нельзя. Шалаболинская писаница – это уникальный археологический объект. Пока нет готового решения, как можно здесь сделать музей под открытым небом, по крайней мере, из тех проектов, которые я видел. В случае успеха это будет свой уникальный опыт.


Наталья НИКУЛКИНА

 

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!